pritchi

                                         Притча 3

                              Верность с истиной крепко слились воедино
                              На стезе Ибрахима — Адхамова сына.

                              На господнем пути был он верным муршидом,
                              Непорочен и благостен сутью и видом.

                              Был он шахом, но бросил державу и трон.
                              Снял венец и расстался с владычеством он.

                              В жалком рубище, с сотнею тысяч смирений
                              Он в скитанья ушел, чтобы стать совершенней.

                              Бросив Балх, в Нишапуре искал он отраду —
                              Так спешат от развалин к цветущему граду.

                              Как рудник драгоценных камней этот дол,
                              На семь лет среди гор там приют он обрел.

                              Днем посту предавался султан правоверный,
                              В ночь молитвою был осиян правоверной.

                              Утром праведник в горы ходил спозаранку —
                              Хворост там собирал он в большую вязанку

                              И тащил на базар ее, чтобы иметь
                              Для ночных разговений хоть малую снедь.

                              Словно месяц, согнулся он высохшим телом,
                              Как иссохший камыш стал лицом потемнелым.

                              Как-то, немощным телом к поклаже приладясь,
                              В город шел этот муж — высших помыслов кладезь.

                              Вдруг навстречу святые — столпы тех времен —
                              Испытать его веру — чем праведен он.

                              Был он бит кулаками по вые смиренья,
                              И промолвил подвижник пути отрешенья:

                                        «Плоть мою, что сейчас испытать вы желали,
                              В Балхе кинул я, в эти отправившись дали».

                              И сказали они: «Не созрел он еще,
                              Он к дровам своим крепко приделан еще.

                              Знать, полна голова его вздором сокрытым,
                              Если Балх ему люб и еще не забыт им!

                              Пусть он год или два еще мыкает горе,
                              Может, сердце его позабудет о вздоре».

                              Через несколько лет двое-трое столпов
                              Вновь нашли его, — дескать, посмотрим, каков.

                              И опять был побит он могучею дланью,
                              Было снова свершиться дано испытанью.

                              Но теперь он и слова сказать был не в силе,
                              И допытчики милость к нему проявили.

                              И сказали: «Он цели стремлений достиг
                              И на праведном поприще делом велик».

                              И, воздав ему должное высшей хвалою,
                              Все явили ему и почтенье былое.

                              И они быть друзьями по чести решили,
                              И к Каабе идти они вместе решили.

                              И опять стал он править страной, и несли
                              Весть об этом гонцы всех пределов земли.

                              Если в сердце лишь чуждое, бренное скрыто,
                              От него навсегда сокровенное скрыто.

                              А изымешь из сердца все чуждое богу,
                              И завеса откроет благому дорогу.

                              Тех, что путь к отрешенью от мира нашли,
                              Непорочными кличут, пытатель, — внемли!

                             Из книги Алишера Навои "Язык птиц".

Эзотерика и духовное развитие 'Живое Знание'