staty
 
 
       Купцы засмеялись.
       - Ты все шутишь, дервиш! Как же можно одеть твою тень?
       - Да вот она стоит перед вами! — И дервиш показал рукой на нищего мальчика Тугана, прислонившегося к стене.
       Больной купец ударил в ладони.
       - Гассан,— сказал он подошедшему слуге.— Проведи этого мальчика в лавку, где продается готовая одежда, и одень его так, как ты одел бы путника, отправляющегося в дальнюю дорогу.
       - Все ему дать?
       - Ты его оденешь «сор-та-пай» (с головы до ног) и дашь ему все: чекмень, рубашку, шаровары, носки, сапоги, пояс и тюрбан. А ты почтеный «джихан-гешт» (скиталец вселенной), приходи сегодня вечером ко мне. Гассан расска­жет тебе, как найти мой дом.
       Слуга провел дервиша и смущенного Тугана в лавку, где висели разные одежды: мужские, женские и детские. И хо­тя слуга Гассан предлагал выбрать все самое лучшее, дер­виш указал только на то, что прочно и удобно в дороге. Ког­да Туган вышел из лавки, одетый, как сын гурганджского жителя, с закрученной вокруг головы синей чалмой, Гассан передал дервишу кожанный кошелек и сказал:
       - Мой хозяин, почтенный Махмуд-Ялвач, приказал передать тебе также эти пять золотых динаров, чтобы ты ни в чем не нуждался в дороге. Кроме того, во дворе хозяина тебя ждет твой осел с седлом. Ты можешь взять его в любое время. Вероятно, ты оказал большую услугу моему хозяину? Он редко бывает щедрым.
       Вечером Хаджи Рахим посетил купца Махмуд-Ялвача. Тот ждал его в красивой беседке, укрывшейся среди боль­шого сада. Когда они выпили чашку золотистого чая и слу­га удалился, купец шепотом спросил:
       - О каком золотом соколе ты говорил сегодня?
Дервиш достал из складок своего пояса золотую плас­тинку с вырезанным на ней соколом и передал Махмуд-Ялвачу. Тот порывисто схватил ее и спрятал за пазухой.
       - Запомни мои слова,— сказал он.— Что бы ни случилось, хотя бы произошел взрыв вселенной, если ты услышишь обо мне, можешь смело прийти в мой дом. Я все­гда помогу тебе. Что ты будешь делать в Гургандже?
       - Завтра я ухожу отсюда в Бухару. Я боюсь оставать­ся здесь, где над головой всегда занесен меч, не разбирающий , прав или не прав тот, на кого он упадет. Нет, лучше посох странника и далекая дорога.
 
     …К вечеру следующего дня, когда вдали показались гли­няные ограды предместий Бухары, Курбан успел подру­житься с черноглазым бородатым дервишем, шагавшим воз­ле нагруженного котомками черного осла. От него не отходил мальчик лет тринадцати. Дервиш напевал песни и призывал счастье и удачу отважным богатырям, двинувшимся против неверных. Некоторые воины опускали в миску дервиша ле­пешки или горсти пшена.
       Когда наступила ночь, тысячи костров засветились во­круг города. Курбан, следуя за дервишем, оказался возле низких строений, откуда доносились монотонные выкрики: «гу, гу-у, гу-у!» Это была «ханака» — общежитие дервишей. Внутри было много народу, просившего у дервишей исцеле­ния от болезней и молитв, которые спасут от смерти в пред­стоящей войне. Дервиши колдовали, читали заговоры, совали посетителям полоски бумажек со священными надписями.
       Курбан, привязав около ограды кобылу, обошел костры, насобирал просыпанной соломы для Рыжухи и черного осла. А дервиш поделился лепешками и сваренной в железном котелке болтушкой из муки.
       «Джигита прокормит дорога»,— вспомнил Курбан.
       Всю ночь Курбан, борясь со сном, провел около лошади, намотав на руку повод. У костров говорили, что теперь поку­пают за хорошие деньги самых хромых и плохих коней, так как все хотят уехать подальше от Бухары в персидские горы или в Индию, куда не доберутся неведомые язычники.
       К утру Курбан так крепко заснул, что не слышал, как кто-то, перерезав повод, увел его Рыжуху.
       - Говорят, что аллах покарает бесстыдного вора, отняв­шего коня у воина, выступившего на священную войну,— сказал дервиш.— Но пока бог наказал также и меня, бедного Хаджи Рахима, так как вор увел и моего старого осла. Уте­шимся тем, что мы теперь налегке пойдем осматривать бла­городную Бухару.
       Курбан взвалил на плечо свое длинное копье и направился вместе с дервишем и его юным спутником осматривать прославленный город — «светлую звезду на небесах просве­щения», «благородную Бухару».
       Три путника, «держа друг друга за пояс дружбы», пле­лись к Бухаре, среди бесчисленной толпы, двигавшейся не­прерывным потоком.,!
       Пройдя массивные ворота второй стены, отделявшей при­городы от внутреннего города — Шахристана, три путника свернули с шумной улицы на безмолвную площадь, окружен­ную высокими арками мечетей и медресе.
П р о д о л ж е н и е   с л е д у е т
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13

Эзотерика и духовное развитие 'Живое Знание'